С таким счастьем — и на свободе!

Цитата из романа "Золотой телёнок" (1931 г.) советских писателей Ильи Ильфа (1897 – 1937) и Евгения Петрова (1903 – 1942), ч. 2 гл. 14. Слова Остапа Бендера, обращенные к подпольному миллионеру Корейко:

"   Рано утром Бендер раскрыл свой акушерский саквояж, вынул оттуда милицейскую фуражку с гербом города Киева и, засунув ее в карман, отправился к Александру Ивановичу Корейко. По дороге он задирал молочниц, ибо час этих оборотистых женщин уже наступил, в то время как час служащих еще не начинался, и мурлыкал слова романса: "И радость первого свиданья мне не волнует больше кровь". Великий комбинатор немного кривил душой. Первое свиданье с миллионером-конторщиком возбуждало его. Войдя в дом No 16 по Малой Касательной улице, он напялил на себя официальную фуражку и, сдвинув брови, постучал в дверь.

   Посредине комнаты стоял Александр Иванович. Он был в сетке-безрукавке и успел уже надеть вдовьи брюки мелкого служащего. Комната была обставлена с примерной бедностью, принятой в дореволюционное время в сиротских приютах и тому подобных организациях, состоявших под покровительством императрицы Марии Федоровны. Здесь находились три предмета: железная лазаретная кроватка, кухонный стол с дверцами, снабженными деревянной щеколдой, какой обычно запираются дачные сортиры, и облезший венский стул. В углу лежали гантели и среди них две больших гири, утеха тяжелоатлета.

   При виде милиционера Александр Иванович тяжело ступил вперед.

   — Гражданин Корейко? — спросил Остап, лучезарно улыбаясь.

   — Я, — ответил Александр Иванович, также выказывая радость по поводу встречи с представителем власти.

   — Александр Иванович? — осведомился Остап, улыбаясь еще лучезарнее.

   — Точно так, — подтвердил Корейко, подогревая свою радость сколько возможно.

   После этого великому комбинатору оставалось только сесть на венский стул и учинить на лице сверхъестественную улыбку. Проделав все это, он посмотрел на Александра Ивановича. Но миллионер-конторщик напрягся и изобразил черт знает что: и умиление, и восторг, и восхищение, и немое обожание. И все это по поводу счастливой встречи с представителем власти.

   Происшедшее нарастание улыбок и чувств напоминало рукопись композитора Франца Листа, где на первой странице указано "играть быстро", на второй — "очень быстро", на третьей — "гораздо быстрее", на четвертой — "быстро как только возможно", а все-таки на пятой — "еще быстрее".

   Увидев, что Корейко достиг пятой страницы и дальнейшее соревнование невозможно, Остап приступил к делу:

   — А ведь я к вам с поручением, — сказал он, становясь серьезным.

   — Пожалуйста, пожалуйста, — заметил Александр Иванович, также затуманиваясь.

   - Хотим вас обрадовать.

   - Любопытно будет узнать.

   И, безмерно грустя, Бендер полез в карман. Корейко следил за его действиями с совсем уже похоронным лицом. На свет появилась железная коробка от папирос "Кавказ". Однако ожидаемого Остапом возгласа удивления не последовало. Подпольный миллионер смотрел на коробку с полнейшим равнодушием. Остап вынул деньги, тщательно пересчитал их и, пододвинув пачку к Александру Ивановичу, сказал:

   - Ровно десять тысяч. Потрудитесь написать расписку в получении.

   - Вы ошиблись, товарищ, - сказал Корейко очень тихо, - какие десять тысяч? Какая расписка?

   - Как какая! Ведь вас вчера ограбили!

   - Меня никто не грабил.

   - Да как же не ограбили! - разволновался Остап. - Вчера у моря. И забрали десять тысяч. Грабители арестованы. Пишите расписку.

   - Да, ей-богу же, меня никто не грабил, - сказал Корейко, по лицу которого промелькнул светлый зайчик. - Тут явная ошибка.

   Еще не осмыслив глубины своего поражения, великий комбинатор допустил неприличную суетливость, о чем всегда вспоминал впоследствии со стыдом. Он настаивал, сердился, совал деньги в руки Александра Ивановича и вообще, как говорят китайцы, потерял лицо. Корейко пожимал плечами, предупредительно улыбался, но денег не брал.

   - Значит, вас не ограбили?

   - Никто меня не грабил.

   - И десять тысяч у вас не брали?

   - Конечно, не брали. Ну, как вы думаете, откуда у меня может быть столько денег?

   - Верно, верно, - сказал Остап, поостыв. - Откуда у мелкого служащего такая уйма денег! Значит, у вас все в порядке?

   - Все, - ответил миллионер с чарующей улыбкой.

   - И желудок в порядке? - спросил Остап, улыбаясь еще обольстительнее.

   - В полнейшем. Вы знаете, я очень здоровый человек.

   - И тяжелые сны не мучат?

   - Нет, не мучат.

   Дальше по части улыбок все пошло совсем как у Листа: быстро, очень быстро, гораздо быстрее, быстро как только возможно и даже еще быстрее. Прощались новые знакомые так, словно не чаяли друг в друге души.

   - Фуражечку милицейскую не забудьте, - говорил Александр Иванович, - она на столе осталась.

   - Не ешьте на ночь сырых помидор, - советовал Остап, - чтоб не причинить вреда желудку.

   — Всего хорошего, — говорил Корейко, радостно откланиваясь.

   — До свидания, до свидания, — ответствовал Остап, — интересный вы человек. Все у вас в порядке. С таким счастьем — и на свободе!"

Дополнительно

Цитаты из романа Золотой телёнок, И, Ильфа и Е. Петрова

"Золотой телёнок" (1931 г.)

"Двенадцать стульев" (1927 г.)

Илья Ильф (1897 – 1937)

Евгений Петров (1903 – 1942)

Цитаты и фразы: